Василий Мельниченко: у меня страстное желание чтобы мы прекратили давать любые поводы для войны, для санкций

Василий Мельниченкочасто бывает в Москве. Он, как один из инициаторов и организаторов, занимается и подготовкой к первому Всероссийскому съезду народных депутатов от муниципалитетов и сельских территорий, который должен состояться в ноябре. На днях, Василий Александровичпобывалв редакции «Регионы России» иподелися мнением о последних событиях в стране...
О бюджете России на 2015 год
Василий Александрович, правительство 30 сентября внесло на утверждение в Госдуму проект бюджета России на 2015 и прогноз социально-экономического развития страны 2015-2017 годы. На изучение более чем 10-тысячестраничного документа общим весом более 30 кг депутатам отведен почти месяц – первое чтение запланировано на 24 октября. Вам в какой-то мере уже довелось познакомиться с этим документов, известны основные параметры развития страны в будущем году, в частности, сельского хозяйства?
ВМ: Знаю только то, что опубликовано в открытых источниках. Первое впечатление такое - все хотят получить из государственного бюджета побольше денег. В том числе и министр сельского хозяйства. Но это и понятно, так каждый год было. Просили кто больше, кто поменьше. Есть такое ощущение, что ничего не меняется, все как было, так и остается, никакого прорыва на селе не будет. Однозначно добавят денег только военным в тех пределах, которые планировались, может немного больше. Поскольку хотят усилить производство военной техники и вообще укрепить оборону.
Все остальное останется на тех же местах. Если что-то и будет кому-то добавлено в виртуальных деньгах, то это только потому, что курс доллара подскочил с 33 до 40 с лишним рублей. Вот как раз эти деньги могут дополнительно распределить – то, что Центробанк заработал на росте курса доллара. Вот их распределят по разным статьям. Может, и на сельхозпроизводство добавят сколько-то миллиардов.
Вроде бы дополнительно на сельское хозяйство выделяется порядка 6-8 млрд рублей.
ВМ: Да, но это практически ничего. Я всегда привожу такой пример: когда в прошлом году проводились выборы и стали говорить о том, что они должны быть прозрачными, то для видеонаблюдения за ними было выделено сразу 13 с половиной млрд рублей. В общем-то, потратили 13 с половиной млрд ни на что. А когда говорят, что на сельское хозяйство добавят 6 -8 млрд, я говорю крестьянам, руководителям сельхозпредприятий - не обращайте внимания. Примерно такую сумму надо давать на каждый регион дополнительно, а не на всю Россию. Для того чтобы у нас сельское хозяйство получило хотя бы небольшой толчок к развитию – я уже не говорю о кардинальных переменах – сумма вливания в развитие сельских территорий должна быть где-то 700-800 млрд рублей ежегодно. Для того, чтобы обновить и модернизировать технику, чтобы развивать сельхозхимию, для того, чтобы мы могли семеноводческие и племенные хозяйства восстановить. Без таких вливаний мы не сможем развиваться. Это по данным науки, это озвучивает Иван Усачев, вице-президент Российской сельхозакадемии, это озвучивают другие эксперты, специалисты. Поэтому бюджет на 2015 и последующие два года направлен даже не на выживание, а просто на то, чтобы оставить все так, как оно есть сейчас. Я не вижу никакого другого определения для этого документа.
Видимо, денег в стране не хватает, бюджет планируется дефицитным, к тому же цены на нефть на мировом рынке снижаются.
ВМ: В правительстве надеются, что нефть в цене несильно упадет.
Да, правительство вроде бы старается сохранить социальную направленность бюджета.
ВМ: Я уже не вижу здесь смысла что-либо комментировать. Дело в том, что ни одно поручение президента Владимир Путина не выполняется. Поэтому что сейчас говорить о социальной направленности бюджета? Ну, пусть в нем напишут, что каждому из нас по триллиону дадут. Это же ничего не означает – можно что угодно теперь говорить. Члены правительства – уже не исполнители. Они вообще не участвуют в управлении страною в каком-то позитивном отношении. Люди просто ходят на работу. Как охранники или еще кто-то. Просто ходят на работу, чтобы отбыть часы и быстрее домой. Нет в них никакой амбиции уже на управление, нет желания чего-то достичь. Они безразличны к этому. Они просто ходят на работу. Рассуждают примерно так: послушаем, что Владимир Владимиров скажет, и будем делать вид, что что-то делаем. Надо озвучить бюджет – давайте озвучим. Что напишем? А давайте напишем так. А есть чем подкрепить то, что напишут, или нет, уже, мне кажется, их не уже не волнует.
Денег в стране мало, тем не менее некоторые депутаты Госдумы выступили с инициативой разработать и принять закон, по которому бы российским олигархам, утратившим имущество за рубежом в результате санкций Запада, убытки компенсировались за счет государственного бюджета.
ВМ: Как только такое предложение было внесено в Госдуму, немедленно сто миллионов россиян должны были выйти на улицы. Немедленно. Но не вышли. Значит, россияне очень беспокоятся, чтобы такие, как Дерипаска, Ротенберг, Ковальчук и другие, кто имеет немереное количество вилл за рубежом, а их яхты уже длиннее Европы, не стали беднее, хотят, чтобы мы за них волновались и боролись. Видимо, олигархи - это действительно наша национальное достояние и гордость. Каждый россиянин втайне испытывает нежные чувства к этим людям и хочет компенсировать им любые затраты. Если мы терпим их издевательства над Россией, то, видимо, нам это нравится, это нравится всем россиянам. А если серьезно, то опять же озвучилась преступная, на самом деле, мысль, направленная на унижение нашего народа, на унижение страны. И народ даже не вышел. То, что делает Дума, даже нельзя сравнить с проблемой кружевных трусов, которую она обсуждала. То шутка была. Ну, хотят депутаты ходить в этих кружевных трусах – пусть ходят, народ на это не имеет права, только депутаты. Но деньги забирать у людей для того, чтобы свои похоти удовлетворять – вот это конечно, преступление.
Там вообще вносится много нехороших инициатив и законов для России. Я думаю, это умышленно делается. Они уверены на сто процентов, что народ надо закабалить до последнего. Они понимают, что мы уже превратились в крепостных в полном понимании этого слова. Что мы не способны на сопротивление невежеству, на сопротивление хулиганству со стороны власти, на сопротивление даже неправедным ее действиям. А самое главное, мы уже не способны, видимо отделить справедливость от несправедливости. Мы уже воспринимаем это все как справедливое к нам отношение. Но это вопиющая несправедливость, это унижение народа. Унижение в буквальном смысле слова. Видимо, нам нравится быть униженными. Возможно, это массовая у нас такая болезнь. Для 70-80% населения такой диагноз вполне реален.
О продовольственной безопасности
На прошлой неделе в Москве прошла сельскохозяйственная выставка «Золотая осень». Открывал ее премьер-министр Дмитрий Медведев, и он достаточно высоко оценил достижения российского агропрома. В частности, по его словам, в нынешнем году будет собрано более 100 млн тонн зерна. Из них около 30 млн тонн можно будет отправить на экспорт.
ВМ: Неплохой показатель.
Но во времена Советского Союза говорилось, что для того, чтобы обеспечить страну продовольствием, надо выращивать по 1 тонне зерна на каждого жителя, включая грудных детей.
ВМ: Да, порядка 0,8-1 тонны зерна на человека – как в Белоруссии.
Так что, изменилась концепция обеспечения продовольственной безопасности страны?
ВМ: Тут я бы так сказал: ныне доверять всем этим цифрам, которые озвучиваются, нельзя. Я часто привожу такой пример. Говорят, что у нас 50% сельхозпродукции производится в личных подсобных хозяйствах. Это по статистике. Я всех спрашиваю – где? Покажите то место, где производят эту продукцию? У меня было 360 коров в селе, осталось шесть! Где же тогда все остальное производится, о чем говорят? Я сам произвожу картофель и прочее. И когда мне рисуют цифры, что вот ЛПХ произвели столько-то и столько-то, я говорю – вы что, с ума сошли? Откуда вы такие цифры берете? Не может такого быть! Теоретически не может быть, не то что на практике. Здесь, наверное, присутствует фактор приписки, это однозначно. Чиновники, начиная снизу, с глав поселений, районов и кончая министрами, не гнушаются ради улучшения каких-то показателей рисовать дутые цифры. Это первое.
Второе. Говорят, что мы производим 80-90 млн тонн зерна в год. Но это уже неважно, сколько мы производим, важно, сколько продаем, что тоже неплохо, поскольку продаем мы зерно за доллары. Но! Что с этого имеют крестьяне? Ничего! Это зерновые компании продают и получают прибыль. Эти компании зарабатывают на том, что скупают у крестьян, у сельхозтоваропроизводителей зерно и продают за рубеж. Поскольку мы не имеем своих зернохранилищ, не имеем своих терминалов, чтобы с кем-то за рубежом могли заключать договора и напрямую поставлять туда зерно.Крестьяне ничего не получают и потому не могут развиваться.Сегодня приезжают скупщики и говорят нашим фермерам – ну, ребята, берем у вас зерно по 4500 рублей за тонну. Мы готовы продавать, но не по такой же грабительской цене. Да, у нас фуражное зерно, да, невысокого качества, да, нынешний год для Свердловской, Курганской и Челябинской областей не показатель, нас топит, мы всего пока 30-40 процентов урожая собрали. И неизвестно, соберем оставшееся или нет, потому что не за горами зима, не сегодня-завтра снег упадет. После этого уже что делать? Во многих хозяйствах еще 60-70% овощей осталось в поле, мы не можем их убрать. Но это погодные условия, тут уже не виновато, допустим, правительство. Но мы же тоже понимаем, что если бы были соответственно технически вооружены, наверное, этот показатель был бы совсем другим. Даже в таких погодных условиях. Мы просто технически не можем выполнить эти работы, и не можем технически перевооружиться, у нас нет денег.
Ну не все же цифры дутые, что-то же мы свое производим…
Надо понимать, что Медведев хотел озвучить. Я всегда соединяю такие понятия, как производство продовольствия и жизнь и развитие самого села. Наше правительство совершенно эти понятия разделило. Мы видим, что любое министерство сельского хозяйства, хоть региональное, хоть федеральное, несет ответственность только за то, чтобы дай Бог произвести побольше мяса, молока, зерна. За эти показатели. Но о том, как живет село, что его ждет в будущем, будут ли кадры на селе оставаться, будут ли у них нормальные условия жизни, - это, в общем-то, не волнует ни одно министерство сельского хозяйства, будь то федеральное или региональное. Кроме некоторых исключений, если посмотреть по карте России. Есть Белгородская область. Так уж вышло, что там губернатор какими-то своими силами, возможностями перетягивает бюджетное одеяло региона на село и у него села в хорошем состоянии. И у него кроме хороших показателей по производству мяса, молока, зерна еще и хорошее развитие сельских территорий. Я там был, видел. Да, есть некоторые перекосы, - наличие комплексов, холдингов, которые мешают жить селу, но губернатор удерживает в определенной мере развитие села. Есть у нас еще Татарстан. Надо опять же понимать и отдать должное руководству республики, - я не знаю, как они, вопреки федеральному направлению, прямо противоположным курсом идут, свои села сохраняют и развивают. То же самое делала Башкирия. Я не знаю, как они в этом году, но в прошлые годы я ездил по Башкирии и видел, что правительство республики очень заботилось о развитии своих сел и деревень. Вот вроде и все хорошие примеры. Еще Тюменскую область можно отметить. Ну, тут вроде как есть причины – Тюменская область богата, у них там есть лишние деньги и тому подобное. Тем не менее там руководство области многое делает для села. У них упрощенная возможность получить кредит, упрощенные возможности по субсидиям и дотациям. Не как у нас в Свердловской области, где надо заявки писать, потом тебя проверяют – подходишь, не подходишь, ты трактор такого цвета купил или другого – это все барьеры для того, чтобы крестьянин не получил эти субсидии. А в Тюменской области это все делается упрощенно – по факту. Купил фермер, крестьянин или сельхозпредпритие технику, сдал документы в управление сельского хозяйства и в течение 3-5 дней, говорят, люди получают деньги – субсидию до 50% от стоимости приобретенного. Это почти как в Европе. Там чуть быстрее, но тем не менее. Это фантастика для нас.
Но это, повторюсь, исключения. Общее же правило, которым руководствуется наше правительство – опустошение земель, снижение их плодородия, вымирание деревень. Земля перестает быть пригодной для сельского хозяйства, для самих крестьян. Делается все, чтобы они уехали, освободили территории. Теперь на эти земли можно приходить, и, если там есть полезные ископаемые – немедленно строить любые карьеры, ставить нефтевышки. Это хорошо для компаний, корпораций, которые будут этим заниматься. Потому что если в селе, на земле живет население, то где гарантия, что это население не воспротивится тому, чтобы бурили на тех самых полях, где они сеют пшеницу или выращивают корм для своей скотины. Тут могут начаться трения, народ может возмущаться, бастовать, выходить на митинги. Какому правительству нужны вот такие головные боли? Конечно, не нужны. Поэтому проще вот так сделать – обезлюдить село. Это дальний прицел обезлюдивания сельских российских территорий. Нет другого пояснения, зачем чиновники так делают. Если сказать, что чиновники это по своей глупости делают, то это будет неправдой. Не может быть, чтобы в тысяче человек, работающих в правительстве Российской Федерации, были все дураки. Если это так, то тогда пиши пропало.
Об импортозамещении продовольствия
На выставке «Золотая осень» Дмитрий Медведев подписал так называемую «Дорожную карту» по импортозамещению в сельском хозяйстве и заявил, что курс на импортозамещение по продовольствию – «это не сиюминутный порыв, а четкая и стратегическая позиция государства». На ваш взгляд – удастся нам осуществить эту стратегию?
Думаю, весной все заговорят по другому. Никакой стратегии по импортозамещению на сегодняшний день нет, никаких оснований для того, чтобы этим заняться, тоже нет. Я, как житель села, могу это утверждать.
Но Путин поручил правительству уже к 1 октября создать план по импортозамещению в сельском хозяйстве, в промышленности. Правда, до сих пор никто не знает, есть ли такие планы у правительства и что в них записано.
Они же не могут сделать такие планы. В сельском хозяйстве они сделали первый шаг, он оказался неверным, пришлось немедленно отступать назад. Я говорю о том, что правительство запретило ввоз семян картофеля и других сельхозкультур. Но оказалось, что в России семян картофеля нет, семян кукурузы нет, семян подсолнечника у нас очень мало, семян свеклы вообще нет. Вы можете представить, как планировать в этих условиях импортозамещение? Они уже договорились, что эти санкции отменят, или как? Нет. Но нам говорят – все нормально. Как можно сегодня заявлять об импортозамещении, когда у нас весной, в марте-апреле - нечего сеять будет? Я бы хотел услышать из уст Медведева, как он решил проблему поставки семян. А если Нидерланды, Франция, Германия – страны, которые являются основными поставщиками нам семян,– если они действительно по серьезному скажут: если вы там такие все крутые, то сами и справляйтесь, мы вам поставлять семена не будем, ничего не будем поставлять. Раз вы сами все умеете – ну и делайте сами. Если также заявят зарубежные поставщики яиц для птицефабрик - без них наши птицефабрики работать не смогут? Что тогда – голодовку объявлять будем?
Смотрите, какую инициативу еще сейчас выдвигают в околоправительственных кругах – ввести четырехнедельную рабочую неделю. Я думаю, чего уж там – давайте в ответ на введенные санкции Запада вообще откажемся работать в России. А почему нет? Пусть знают они, гады такие, что мы вообще можем не работать. А что тут такого? Какое может быть импортозамещение при четырехдневной рабочей неделе? Тут день и ночь надо работать, надо вообще переходить на один день выходной в неделю. Надо работать, надо строить заводы, новые фермы, осваивать новые земли. Как это все будет делаться за четыре рабочих дня в неделю?
Не вяжется одно с другим. Заявление Медведева одно, заявление Улюкаева, министра минэкономразвития – другое.
Улюкаев вроде бы против таких инициатив.
ВМ: Этот мужик хотя бы немножко реально смотрит на вещи – он же отвечает за развитие экономики, на самом деле. Он же видит, что невозможно вводить четырехдневку и при этом говорить об импортозамещении. И я тоже ответственно заявляю – это невозможно. Благими словами вы ничего не сделаете. У нас нет возможностей этим заниматься. Я не могу картошку убрать, потому что у меня нет современных комбайнов, которые смогли бы работать на влажном грунте. У меня и денег нет их купить. И банк мне эти деньги не даст, и никто не даст. Вообще у нас очень мало качественной техники. Выпускаемая у нас техника близка к тому, что селу необходимо, но отвечает требованиям не полностью. Если бы не белорусская техника, российское сельское хозяйство уже давно бы прекратило существование. Мы же живем только за счет белорусской техники.
Давайте спустимся с федерального уровня на региональный. На днях губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев выступил в Заксобрании с бюджетным посланием на 2015 год. И он достаточно высоко оценил то, как развивается сельское производство в области – хлебом и картошкой себя полностью обеспечили, яйцами тоже, свининой на 70% с лишним. Уральцам осталось только увеличить производство молока и мяса-говядины.
ВМ:Ну да, Свердловская область собирается стать молочной столицей страны.
Да,а крупный рогатый скот на мясо область будет выращивать, поскольку погодные условия здесь неблагоприятные, в Белоруссии и вроде бы в Казахстане. Насколько реалистичны эти планы?
ВМ: В этом есть определенный смысл. К примеру, хлебопекарские сорта пшеницы у нас вообще не растут. Поэтому конечно лучше договориться с Казахстаном, взять на определенных условиях там 20-30 тысяч гектаров земли и выращивать для Свердловской области высококачественное зерно. Это один вариант. То же самое и со скотом. Хотя я не думаю, что у нас скот нельзя выращивать. У нас кормов не хватает – мы не успеваем заготовить корма. Если взять этот год, то мы из-за погодных условий «подсели» по всем показателям. И зерно не успели полностью собрать. В некоторых хозяйствах на середину октября собрали только 50-60% зерна. Поэтому заявление губернатора, что мы сами себя полностью обеспечили хлебом – это, мягко говоря, лукавство. Мы никогда себя не обеспечивали зерном. Ни разу. Все комбикорма закупаем на стороне, и это выгоднее, чем выращивать зерно здесь. И по картошке не совсем верно. В этом году, во-первых, ее качество хуже из-за дождей, а, во-вторых, мы не можем собрать урожай из-за погоды. Не знаю, может, я плохой фермер, но у меня техника не может по болоту плавать, у меня нет кораблей по сбору картошки. На 10 октября я собрал всего 30% урожая. Остальное все в поле. Только один день в сентябре выдался погожий, когда мы вышли в поле с комбайном. Три часа поработали - ливень пошел. И мы двумя тракторами комбайн с поля вытянуть не могли. У нас же чернозем.
Прогноз от Мельниченко
В одном из интервью вы заявили нам, что бюджет на 2015 год избавит россиян от ожирения. Каков ваш прогнозы на ближайшие два-три года: как у нас с продовольствием будет?
ВМ: Думаю, что подавляющему большинству населения кушать придется меньше. Что может, в обще-то и неплохо, а то уж слишком много есть начали. Мы не сможем произвести импортозамещение однозначно. Не говорю уже о высококачественных калорийных продуктах. Мы не сможем обеспечить себя фруктами, частично овощами, зеленью. Импортозамещение требует капитальных вложений. А их нет. Государство не настроено развивать свое сельское хозяйство. Не верю в этом плане ни одному слову правительства Российской Федерации, что бы оно не говорило. Люди работают не на Россию. Все их постановления были направлены на остановку сельского производства в Российской Федерации.
Приведу еще только один пример. Он немножко из другой «оперы», но весьма показателен. Помните, как одно время заговорили о восстановлении малой авиации, увеличении производства и модернизации самолета АН-2? На днях выяснилось, что АН-2 мы не имеем права не только производить, но и модернизировать. Это уже НАТОвский самолет. В 90-годы вся документация, все права на него были проданы Польше, а теперь все они находятся у Airbus Military. Кто это сделал? Правительство российской федерации. Что это означает? Без малой авиации России с ее просторами просто невозможно жить – глубинка будет отрезана. Как вся Сибирь обойдется без малой авиации? И таких примеров множество.
Я думаю, у Путина сегодня единственный выход – опираясь на поддержку населения резко поменять правительство. Заявить о грамотной аграрно-промышленной политике и на этом настаивать, развивать отечественное производство. Я понимаю, как это трудно, понимаю, что у нас нет кадров, что технологии загублены – я все это понимаю. Но я хочу, чтобы мы работали. Я хочу чтобы, пусть даже с лопатой, но снова начинали осваивать целинные земли, снова начинали производить продукцию и начали учиться у всего мира. И еще, конечно, у меня страстное пожелание чтобы мы прекратили давать любые поводы для войны, для санкций или еще чего-либо подобного. Мы должны жить мирно, дружить со всем миром, нормально работать, конкурировать в науке, культуре, спорте, мало ли в чем. Но только не воевать.
Зерновой портал Центрального Черноземья

 

Поделиться в Моем Мире  Добавить в Twitter   Поделиться в Facebook Опубликовать в своем блоге livejournal.com  Сохранить закладку в Google  Забобрить  Поделиться ВКонтакте